После гибели верховного лидера Али Хаменеи в Иране объявлен 40-дневный траур. Экономист Алмас Чукин считает, что происходящее может стать переломным моментом не только для самой страны, но и для всего региона, сообщает наш сайт.

«Иран — наше окно к морю»

Иран для Центральной Азии стратегически важен прежде всего из-за географии.

«С конца девяностых я говорил, что наиважнейшей страной для Центральной Азии в географическом плане является Иран. И когда люди говорили „при чём тут Иран? Есть Россия, есть Китай, да и не такая это значительная страна“, я имел в виду именно географию. У нас в регионе любят говорить о том, что у наших стран нет выхода к морю. Так вот, Иран, технически говоря, — это наше окно к морю с Запада».

Расстояние от железнодорожного соединения Туркменистана с Ираном до портов Персидского залива — около 1200–1500 километров. Это сопоставимо с расстоянием от Астаны до Алматы. Дальше — прямой выход к мировым рынкам.

«Преодолев этот путь, вы уже в Персидском заливе — у крупнейших портов, позволяющих осуществлять любые операции, от перевалки нефти до зерна. А морской переход оттуда до Роттердама занимает около трёх-четырёх недель, и европейский рынок рядом. Тогда можно забыть мучения с отправкой нефти через всю Россию до Новороссийска, потом через Чёрное море, Босфорский пролив и Средиземное море»,поясняет Чукин.

Смена власти как шанс для экономического перезапуска

По мнению экономиста, изменения во внутренней политике Ирана могут открыть новые перспективы. Если в стране появится руководство, которое не будет враждебно Западу, санкции могут снять, а регион получит новый экономический импульс.

«Я вообще не понимаю, зачем Ирану воевать с Западом. Особого смысла нет, Запад от Ирана ничего такого не требует, там в основном все проблемы идеологические. Плюс появление такого соседа — достаточно богатого, образованного и с большим потенциалом — расширяет наши границы». 

Сухопутный коридор через Иран фактически возвращает к жизни древние торговые пути и меняет экономическую реальность региона.

Негласный пакт разрушен: новая логика войн

Отдельно Чукин говорит о трансформации самой логики современных конфликтов.

«С незапамятных времён существовала негласная традиция: суверен суверена не трогает. Сходятся два войска, войска бьются, но король на короля напрямую не нападает. Сталин и Гитлер бомбардировщики на резиденции не отправляли. И вот этот негласный пакт разрушен. Оказалось, что так можно. Война начинается не с масштабных бомбардировок, а с ликвидации руководства в первые же минуты»,пишет экономист.

Он подчёркивает, авторитарные системы особенно уязвимы к таким ударам:

«В режимах, требующих жёсткого единоначалия, не бывает равноценных запасных „верховных лидеров“, которые всё знают и готовы подхватить власть. Вся власть и центр компетенций принадлежат одному человеку. Если выдернуть этот стержень, система рассыпается. А если выдернуть несколько стержней, её вообще сложно собрать».

В качестве примера эксперт приводит Венесуэлу. После фактического устранения прежнего президента ситуация быстро изменилась: представители США начали контакты с новым руководством, частично смягчаются санкции, освобождаются политзаключённые, возобновляется экономическое сотрудничество. Прежний лидер ушёл из повестки, при этом система продолжила функционировать в новом формате.

От войн за территории — к точечным ударам

Чукин также обращает внимание на изменение целей конфликтов:

«В древние времена главной ценностью была земля, на ней можно было вырастить урожай и расселить людей. В современном мире земля и ресурсы потеряли такую ценность. Захват высокотехнологичной страны не имеет экономического смысла: вы получите лишь кучу разрушенного пространства, руины заводов по производству электроники или биотехнологий. На это придётся тратить колоссальные деньги, и вы ничего на этом не заработаете».

Экономист отмечает: мир вступает в новую фазу мировой политэкономии. После Второй мировой войны конфликты во многом стали идеологическими: социалистический блок противостоял капиталистическому миру, а войны нередко велись ради смены режимов — попыток заменить неугодное руководство на более удобное.

Однако, по его мнению, и такой подход себя не оправдал. Навязанный извне лидер может лишь усугубить кризис, а чужая политическая модель — не прижиться. Современная прагматичная логика сводится к минимальному вмешательству: не перестраивать систему, а при необходимости устранять конкретный источник проблемы.

«Это совершенно новый поворот. Интересные времена наступают»,заключил Алмас Чукин.