Известный кыргызский художник, писатель, кинематографист отвечает бишкекским студентам, для чего Кыргызстану необходимо объединяться – и с кем именно объединяться.

— Когда говорят о сотрудничестве, в первую очередь имеют в виду такие союзы, как ЕАЭС, Таможенный союз, то есть речь идёт об экономике, о торговле, о финансах. Но очень мало внимания уделяется науке и культуре. А между тем после распада Советского Союза мы потеряли огромное единое культурное и научное пространство. Это и художники, и артисты, и писатели, и музыканты, и опера, и балет, и драматическое искусство – все мировые профессиональные виды искусств.

Эркин Азизович выступил на одном из международных практических семинаров для молодёжи, организованных общественным фондом «ОМЭГ» при содействии Фонда поддержки публичной дипломатии имени А.М. Горчакова.

— На заре советской власти в кратчайшие сроки была создана уникальная система поддержания культуры и создания профессиональных искусств у таких народов, как наш. У которых ранее ничего подобного не существовало. Мы тысячелетиями были кочевниками, а кочевой образ жизни предполагал совершенно другое культурное развитие. Обособленное, замкнутое, о котором, может быть, не знает современная молодёжь. Потому что в соцсетях я обнаруживаю абсолютное незнание истории – и материальной, и нематериальной, культурной истории нашего народа.

Вот эти самые ватники, совки, как вы называете, на голом месте, в степях, в горах, с нуля создали целый слой, целый класс художественной, творческой, научной интеллигенции. И поддерживали этот класс из государственного бюджета, и всё это регулировалось из Москвы.

Сейчас часто можно услышать тезис, что кыргызы, дескать, во времена Советского Союза были в рабстве, где якобы уничтожался, подавлялся национальный язык и национальная культура. Где корни таких рассуждений – понятно: столько миллионов, миллиардов денег было потрачено Западом, чтобы создать у молодёжи такое мнение…

На самом деле каждая республика, в том числе и Кыргызская, то есть бывшие кочевники, не имевшие своей государственности, приобрели все институты власти и управления, границы, столицу, образование, творческие союзы – Союз писателей, Союз художников, Союз кинематографистов, были построены национальные киностудии.

Вот у нас есть институт искусств имени Бибисары Бейшеналиевой. Бейшеналиева – первая звезда кыргызского балета, которой было присвоено звание Народной артистки СССР. Как происходило обучение в сфере, допустим, балета? Из Москвы, из Ленинграда, из больших, известных всему миру театров сюда, во Фрунзе, приезжали лучшие специалисты, педагоги. С первых классов они отбирали талантливых детей, отбирали из художественной самодеятельности, которая тогда была очень развита, особенно в регионах. Детей отправляли в Москву, всё это поддерживалось, оплачивалось – так взращивали художественную элиту.

Всем известный Булат Минжилкиев, всемирно знаменитый бас, с десяток лет был солистом Мариинского театра Ленинграда…

Сейчас Россия тоже выделяет квоты для кыргызских студентов. И нашим ребятам удаётся поступать на бюджетные места российских вузов. Но это, конечно, несравнимо с тем, что было при Советском Союзе. Когда сотни, тысячи молодых талантов ехали и учились на государственные средства.

Я сам окончил ВГИК. Всесоюзный государственный институт кинематографии он тогда назывался. К нам, азиатам, московская профессура относилась с особым вниманием. Бережно, по-отечески. А сейчас создаётся миф, что якобы как-то ущемляли национальные меньшинства…

Союз художников СССР отбирал лучших, талантливых молодых художников. И была такая система стипендиатов. На два года выделяли стипендии в 190 рублей (это, кстати, была зарплата инженера). Ты имел возможность спокойно развиваться, работать, посвящать всего себя творчеству. В стипендиатской группе было человек 15-17, из них больше половины – представители национальных республик. Меньше половины – россияне. Хотя Россия по народонаселению, по территории, конечно, больше, чем все остальные республики вместе взятые.

Когда в соцсетях муссируется вопрос, что, мол, зажимался кыргызский и навязывался русский язык… Профессиональной литературы на кыргызском языке никогда не было у кочевников! А когда пишут, что в первые годы советской власти якобы была уничтожена кыргызская элита… Какая элита? В нашем понимании элита – это писатели, артисты, художники. Она как раз и сформировалась во времена СССР.

Была создана целая плеяда писателей, которые писали на кыргызском языке. Была директива – развивать профессиональную литературу на национальных языках. Так появились Аалы Токомбаев, Касымалы Баялинов, Тологон Касымбеков, Тугельбай Сыдыкбеков. Произведения кыргызских писателей обязательно переводились на русский язык, и это оплачивалось опять-таки из госбюджета. Мало кто знает, что в конце пятидесятых годов прошлого века сюда на два года был направлен Роберт Рождественский, чтобы литературно переводить кыргызскую поэзию на русский язык. И именно через русский язык кыргызских писателей и поэтов узнал мировой читатель.

Про Чингиза Айтматова я не говорю.

Сейчас мы не знаем ни одного достойного кыргызского писателя. Ещё и потому, что сейчас очень дорого издать книгу, а это теперь забота самого автора.

В 1983 году кыргызскими кинематографистами был снят двухсерийный фильм «Волчья яма», который побил все кассовые рекорды на территории Советского Союза. А сейчас у нас кино такое… камерное, арт-хаусное.

Полностью разрушена наша промышленность. Когда-то у нас был Ошский шёлкопрядильный комбинат. В начале девяностых годов я попал со своими картинами в Бельгию. Там жила моя сестра, и я привёз ей в подарок четыре отреза – шёлк и крепдешин производства как раз комбината в Оше. И одна женщина (владелица Дома мод в Бельгии) очень заинтересовалась этими отрезами. «Откуда? Неужели это у вас производят?» Её, специалиста, поразило качество кыргызского шёлка…

В городе Токмак был ПОШ – предприятие по первичной обработке шерсти. Кыргызстан тогда выращивал тонкорунного мериноса; шерсть в огромном количестве свозилась в Токмак на обработку. Приехал мой приятель из Москвы, чтобы приобрести по крайней мере 100 тонн этой шерсти. Оказалось, что именно она соответствует мировым стандартам и успешно конкурирует с продукцией итальянской фабрики…

Все эти производства с распадом Союза были планомерно уничтожены так называемыми экспертами-консультантами, которых с Запада пригласил первый президент Кыргызстана Аскар Акаев.

И не только промышленность — в девяностые годы XX века эти «эксперты» пытались и через искусство пролезть к нам, и иногда это удавалось…

Разрушено всё. И сейчас всё это необходимо восстанавливать. Потому что всего этого нам очень не хватает. Надо восстанавливать общее пространство, чтобы в том числе и наши эстрадные звёзды имели возможность выезжать, гастролировать, давать концерты. Чтобы наши фильмы показывались за пределами Кыргызской Республики. Надо развивать наше сотрудничество и интегрироваться глубже, и не только в плане экономики. Нет, конечно, ждать возрождения СССР в том виде, в каком он был, — бессмысленно. Но более тесная интеграция необходима не только Кыргызстану, но и всей Центральной Азии, и прежде всего – с Российской Федерацией.